Теремок

Грустная сказка





Юре Лягушкину не везло практически сразу после рождения. Во-первых, четырнадцателетняя мама оставила его, недоношенного и синюшного, на пороге дома малютки небольшого райцентра, тем самым решив проблему себе и накликав множество таковых на Юру. А во-вторых, эта дурацкая фамилия, что дал подкидышу нетрезвый завхоз, оценивший внешнюю неприглядность младенца… Ну, разве ждет в жизни хоть что-то хорошее человека с фамилией Лягушкин?

Словно подтверждая это, все в жизни Юры Лягушкина шло наперекосяк. Друзей у него не было, детдомовские авторитеты относились к нему неприязненно и с агрессией, а девочки и вовсе отказывались с ним общаться.
Тем ни менее, надо было как-то жить. Юра и жил как-нибудь.
Кое-как дотянув до совершеннолетия, Юра получил паспорт, аттестат записного троечника и комнату в общежитии.

Правда в общежитии Юра Лягушкин прожил всего три месяца, а потом здание закрыли в виду аварийности, выставив жильцов вместе с пожитками прямо на улицу.
Идти Юре было не куда, поэтому он стал бомжом. Самым обыкновенным, деклассированным элементом без прав, но и без обязанностей.
Целыми днями Юра попрошайничал возле вокзала, а по вечерам шел ночевать в подвал дома неподалеку.
Но вскоре с вокзала Юру тоже выгнали, причем не милиционеры, а такие же бомжи, как и он сам, которые были не рады появлению конкурента на курируемой территории.

И тогда Юре пришла в голову мысль уйти из этого городка. Сами посудите, какие у него тут могли быть перспективы, если его тут лишили даже возможности быть нищим?
Скитался он не долго, дня два, когда голодный и вымазанный с ног до головы придорожной грязью, Юра не набрел на не понятно откуда взявшийся посреди поля домик.
Домик был маленький, но очень милый. Прямо пряничный домик из сказки, которую читала в детском доме добрая няня Людмила Кузьминична.

-Эй- окликнул Юру невысокий крепыш с выбритой наголо головой, который колол дрова у крыльца домика- Ты кто? Что надо?
-Есть хочу, покормите меня пожалуйста- почти прошептал Юра.
Крепыш перестал колоть, подошел поближе и заинтересованно посмотрел на изможденного дорогой Лягушкина.
-Бомж, что ли?-спросил крепыш, и не дождавшись ответа представился:- Меня Мухин зовут, а вон тот Комаров.
Юра только сейчас заметил высокого и худого, как жердь человека, стоящего у сарая в глубине двора и с интересом наблюдавшего за разговором.
-А я Лягушкин- представился Юра в ответ и даже попытался улыбнуться.
— Ну, пошли, Лягушкин- Мухин повернулся и зашагал к дому.

Через пару часов, Юрий Лягушкин, накормленный и отмытый в бане, впервые за долгое время чувствовал себя счастливым.
-Так и живем, Юр- рассказывал Мухин- Полгода назад набрели с Комаровым на эти хоромы, да тут и остались. Тихо тут, хорошо. Подрабатывать в соседнем селе можно. Кому огород прополоть, кому дров нарубить, мало ли… Платят немного, да много и не требуется. Что нам надо-то? На закуску хватает. Ты наливай, наливай давай.
Лягушкин разлил из выставленного на стол пузыря с первачом, все выпил и закусили.
Так Лягушкин остался жить в этом домике.

Через три дня в домике появились новые постояльцы.
Было это так. Мухин и Лягушкин пошли в деревню колоть дрова местной знахарке Филипповне, а когда вернулись, увидели Комарова, пьющего заныканную Мухиным водку. Причем пил он не один, а с двумя потертого вида дамами, неопределенного возраста.
Дамы представились Ниной Зайцевой и Валюхой Лисицыной. Мухин хотел было пожурить товарища за не санкционированное распитие его водки, но, стесняясь дам, делать этого не стал.
Позже, отмытые в бане дамы, в благодарность за приют распредели себя по кавалерам. Лягушкину, естественно, дам не хватило, правда он не слишком-то и переживал.

На следующий день шел дождь. Все сидели в домике и вели непринужденные беседы, ожидая ясной погоды.
Но тут, в окно домика кто-то громко постучал. Мухин пошел открывать, а через минуту вернулся, рядом с ним стоял мокрый до нити человек, вроде бы не слишком старый, но седой и бородатый.
-Волков- сказал он- Я Волков.
-У нас жить будет- произнес Мухин.
И никто не удивился.

Так и зажили. Ничего экстроординарного не происходило, если, правда, не считать, что Валюха Лисицына через некоторое время стала делить ложе и с Волковым. Комаров не обижался.
Но однажды все изменилось. Ранним июньским утром жители домика проснулись от страшного грохота. Кто как выбежали на улицу и увидели стоящие прямо у их дома бульдозер, КАМАЗ, а также бригаду рабочих с черными восточными глазами и в оранжевых комбинезонах.

Впереди стоял маленький человек в коричневом костюме и в белой строительной каске на голове:
-Кто хозяин?- строго спросил он.
-Мы- ответил Мухин и шмыгнул носом.
-Что значит мы? По документам тут не должно быть никаких хозяев. Этот дом давно расселен, собирайте вещи, сносить будем.
-Что значит сносить?- удивился Мухин.
-То и значит. Сносить. Тут через неделю строительство начинается, а вы тут самовольной заселяетесь. Десять минут на сборы, или я милицию вызову!
— Да вы объясните толком! Может можно договориться? Ну куда же мы теперь?
-Это вы с Медведевым договаривайтесь- махнул рукой человек в костюме.
-С каким Медведевым?- спросила Валюха.
-С обыкновенным. С президентом нашим. Дмитрием Анатольевичем. Наукоград тут будет. Сколково. И проект всякие там теремки не предусматривает. Короче, собирайтесь. Михеич, да выключи ты свою тарахтелку, пусть они отсюда свалят, тогда и начнем.

Через полчаса Лягушкин брел по мокрой дороге. Куда идти он не знал, впрочем, как и идущие рядом с ним Мухин, Комаров, Зайцева, Лисицына и Волков.
-Стоял в поле теремок- прошептал он и глубоко вздохнул.
Пошел дождь, пятеро бывших соседей шли вперед, пока не исчезли за горизонтом. Как сложилась дальше судьба Юры Лягушкина не известно. В мире есть вещи и поинтереснее.

© amorales69
  • +19
  • 10 июля 2011, 21:08
  • Freedom

Комментарии (0)

RSSсвернуть /развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Валидный HTMLВалидный CSSRambler's Top100